Маме


Как сужается образ мира!
Только улица. Только квартира.
Только комната. Только кровать.
Но даны нам незримые крылья —
Без усилья, почти без усилья
В отдаленных местах побывать.
Ощутить лошадкину спину,
Грязь увидеть, размокшую глину,
И не мальчика, нет, но мужчину —
Темный взор, как на сердце печать.
А еще до того, спозаранку
Просыпалось семейство в Добрянке,
Момэ, тотэ — не стары ничуть.
И готовились к завтрашней пасхе,
И обновки шуршали и пахли,
И надежды мешали уснуть.
Солнце юное туча закрыла.
Как любила! И похоронила.
Отболела.
Другого нашла.
Дочкам двум потихонечку пела.
Все, чем жизнь обижала, терпела,
Распростерла над ними крыла.
И пошло. Понеслось. Побежало.
Ты от долгой дороги устала.
Тащат дочки упряжки свои.
Подремли — ты ведь сразу проснешься,
Добротою ко всем прикоснешься,
Добротой и терпеньем любви.
Метки
крик Земля я верность видение без тебя солнышко детидетей Обман счастье одиночество грустно время идеал пиздец радость прощание ты агрессия ночь песня любвь беларусь не мое ожидание разлука безнадежность слезы мольба пустота вера любовь воспоминания он страх мы грусть тепло набоков поцелуй планета боль зима осень встреча Океан признание в любви музыка письмо мечта